Рассказывает известный путешественник Илья Гуревич.
     Во всём мире есть сезонные дороги, т.е. летом это дорога, а зимой - нет. В России, как известно, всё наоборот.
     В России бывает, что летом дороги нет, а зимой дорога есть. Это краеугольный камень наших путешествий.
     Когда реки и озёра замерзают, то превращаются в дороги и за Уралом ими с успехом пользуются.

     Чем зимняя дорога отличается от летней? Во-первых, тем, что зимой всегда есть место подвигу, а во-вторых, зимой можно доехать до тех мест, куда в другое время могут добраться только очень отчаянные люди.
     Например, в какой-нибудь покинутый монастырь 16 века, стоящий посреди непроходимых болот. А зимой у нас всё близко и доступно. Вот отсюда и родился наш спорт.
     Началось с того, что в 2000 году мы проехали на велосипедах маршрутом Дороги жизни. Меня занимал один вопрос - почему каждый год велосипедисты отмечают день снятия блокады велопробегом только по континентальной части?
     Это не уважительно по отношению к тем, кто проходил его в военное время полностью. Вот мы и проехали полную версию.
     Из всех моих зимних экспедиций именно пересечение Ладоги было самым опасным. Ведь если вы едите, скажем, по замёрзшему Байкалу и у вас под колёсами около метра льда, по нему и на танке можно ездить.
     И ощущения, что экспедиция может закончиться провалом, не возникает. А на Ладоге лёд довольно тонкий и каждый год нам сообщают, что МЧС без работы не остаётся.
     Должен сказать, что для нас откровением было узнать, как к зимним велотуристам относятся люди.
     Едем по ленинградской области, а местные жители любят подъехать и, опустив боковое стекло, сказать (нецензурную лексику я опускаю): «Ребята... ...вы... ... едете... ...зимой... ...на... ...велосипедах?! И это очень отличается от того, с чем мы встретились в Забайкалье. Был там такой случай, едем по зимнику (зимней дороге), догоняет нас полноприводный «Урал» и водитель предлагает:- Ребята, у меня кузов пустой, давайте вас до перевала подброшу!- Мы бы рады, - отвечаем, - но нам принципы путешественников не позволяют. Что потом рассказывать будем?- Ну ладно, на обратном пути вам водки привезу.
     Главное, что за Байкалом не возникает вопроса: «Ребята, а почему вы здесь?».
     Однако, встав однажды на скользкий путь зимней езды на велосипеде, надо было его где-то окончить. Для этой цели нам как нельзя лучше подходило самое холодное место северного полушария - Полюс холода. Чем интересно это место?
     На Земле, конечно, есть и другой полюс холода, ещё более холодный, в Антарктиде. Но он - фикция, потому что люди там не живут. Там, на полярной станции «Восток», живут отдельные герои, которые время от времени измеряют жуткую температуру. Как-то у них было глубоко за минус 80 градусов по Цельсию.
     А в нашем полушарии есть простой посёлок в Якутии, где живут совсем не полярники, однако температура у них довольно долго держится около -50, практически каждый год бывает ниже 60, а академик Обручев утверждает что, побывав в этих краях, зафиксировал -71,2 градуса.
     И именно эта цифра венчает высокую серебристую стелу, установленную в самой холодной точке обитаемой Земли. И это для местных жителей является неким символом, как хорошо в их краю жить.
     Началом нашего маршрута был Якутск. Встречали нас очень скептически. Т.к. о нас по телевидению прошёл сюжет, а одеты мы были очень заметно (чёрно-красные куртки), то на улицах нас узнавали.
     Останавливали, фотографировались, щупали нашу одежду, и каждый уважающий себя якут считал своим долгом сказать: «Ну, в этом конечно, вы не доедете». А после того, как нас в начале пути проводили две милицейские машины сопровождения, то деться нам было уже некуда.
     Если бы мы вернулись, это был бы несмываемый позор. Немного позже я узнал, что сами якуты зимой в лесу не живут. Они не такие дикие люди как мы, чтобы ночевать зимой в какой-то палатке.
     Надо сказать, что сибирский масштаб чувствуется сразу, как выезжаешь из Якутска. Представьте: перед вами замёрзшая река Лена, которую зимник пересекает с одного берега на другой.
     Расстояние большое - 15 км. А перед переправой стоит знак - ограничение 40 тонн. Т.е. до 40 тонн лёд держит, а если машина тяжелей, то не стоит.
     Первые километров 50 была хорошая дорога. И мы стали на ней местной достопримечательностью. Связь там не работает, шофёры ездят туда-сюда и развозят новости. И когда мы проезжали один посёлок, к нам выскочила женщина в национальном наряде (это она не к нашему приезду так вырядилась, а всегда так ходит). «Стой! К нам!»  повела в дом и стала угощать какой-то жидкой субстанцией, которую нормальный человек в обычной обстановке есть не может.
     Такой горячий жир с плавающими в нём внутренностями, каких то животных. Такое можно есть только в Якутии и только когда за бортом -30, иначе это яд. Есть такое походное правило: всё мыть и ничего не есть. Но поскольку нас чуть ли не на руках внесли в дом, то отказываться было нельзя. Мы съели, и от этого нам было только хорошо.
     Гостеприимство в Сибири очень развито. Как-то на дороге обгоняют нас два навороченных джипа, из них выскакивают какие то люди... оказавшиеся деканом и ректором местного университета физкультуры и приглашают нас в спорткомплекс.
     На севере оказывается, очень развита борьба. Мы там переночевали, а утром рассказывали местным, как мы тут путешествуем.
     На 2 - 3 день пути я поймал себя на таком петербуржском снобизме, раньше я думал - «Ну где можно жить на Земле? - в Петербурге». А в других местах?
     Оказывается можно, вот якуты любят свой край и живут там совсем неплохо. И теперь я лучше понимаю наших европейских соседей, которые так же смотрят на Россию и на наш способ жизни, как и мы на Якутию.
     Вторая часть нашего маршрута была более печальной. Мы ехали по старой сталинской дороге на Магадан. Дорога в плохом состоянии, мосты плохо держат, но главное, в принципе это и здесь заметно, что цивилизация отступает.
     Если когда-то землепроходцы или просто проходимцы шли на Север, основывали там города, обустраивали в них жизнь, всё это было надо... то сейчас всё идёт в обратном направлении. Деревни и дороги  забрасываются, посёлки по большей части закрыты.
Расскажу немного о холоде. Все продукты, которые мы берём с собой, мгновенно замерзают. И многие блюда готовятся не на огне, а именно на холоде. Например, рыба.
     Выловленную из проруби рыбу упирают головой в лёд и через минуту - две она становится каменной. С неё счищают чешую, строгают длинными ломтями и макают в соль. Так же поступают и с другими деликатесами. Замораживают и едят.
     А у нас это получилось естественным образом. Ещё на Байкале мы выяснили, что разрезать буханку хлеба на морозе можно только с помощью топора. Потом приноровились, хлеб и колбасу режем заранее и тогда их реально отделить друг от друга ножом.
     Когда мы вернулись в Якутск, там уже резко изменилось отношение к нам, ведь никто не верил, что мы дойдём. На самом деле в дороге всякое может случиться.
     Вместе с нами финишировала группа велотуристов из Японии. У них был более лёгкий маршрут, но несколько человек были поморожены, а то, как они были одеты, это был отдельный ужас. На ногах - кроссовки, обмотанные полиэтиленом, вообще основой их одежды был полиэтилен.
     И вот в таком виде они вместе с нами открывали первый в истории якутский велоклуб. По образованию Илья Гуревич инженер-конструктор подводных лодок. С 2001 года - профессиональный путешественник, возглавляет команду клуба ВелоПитер - "Бивак Экстрим", пишет статьи и книги о велопутешествиях. 
     Велоэкспедиция «Полюс холода Северного полушария - Оймякон» прошла в 2004 году и преодолела 1 000 км.

Фото: 1, 2, 3 

(0) Обсудить на форуме